На кордоне

© polina40, 2011


НА КОРДОНЕ

***

В конце октября выпал первый, но сухой и глубокий снег. До этого стояли тёплые безветренные дни, поэтому и листва с осин, дубов и тополей в пойме Медведицы не опала и не была сорвана и теперь тускло светилась под холодно-пасмурным небом бледной желтизной, а громадные вербы еще зеленели, и их массивные купы то там, то здесь резко выделялись на тёплом фоне. На ровной, как озёрная вода, поляне – ни следа: звери и птицы будто покинули лес в страхе перед неожиданным снегом. Тяжёлая предзимняя тишина зримой силой сковала движение, погрузив округу в бесчувственную дрёму. И странными, нездешними казались глухой рокот тракторных моторов и сухой треск бензопилы в этой безжизненной глухомани.

Четверо братьев Колотовкиных опоздали с заготовкой дров по чернотропу, и теперь приходилось тратить сил вдвое больше. Виктор, Василий и Петро фермерствовали в хуторе Нижних Коробках, а самый старший, Фёдор прибился к ним после развода с женой и из художника превратился в разнорабочего. В пятьдесят лет он оставался здоровым и крепким, потому и доставались ему самые тяжёлые работы. На этот раз Фёдора приставили к пиле, приводимой трактором. Тяжеленные коряги ему подтаскивали вдвоём, а он должен был кромсать их на метровой циркулярке, жутко поющей стальным голосом.

С утра не было и минутного перерыва, а когда остановились на обед и Фёдор снял куртку у костра, рубашка оказалась мокрой до воротника. Пришлось снять и её. Растянутая на ветке близко к пламени, она густо запарила и стала покрываться светлыми сухими пятнами. Освобождённое от липкой ткани разгорячённое тело сначала почувствовало блаженное облегчение, но скоро спину стало будто овевать ледяным ветерком, под мышками защипало.

- Ты бы прикрылся чем, - снисходительно посоветовал младший брат Петро, - а то и простуду не долго схватить.

Фёдор послушался и накинул куртку. Но стеклянная подкладка оказалась тоже мокрой и так обожгла холодом кожу, что лицо его болезненно исказилось. «Всё у меня не как у людей, - подумал он и с завистью посмотрел на братьев, которые, видимо, и не думали раздеваться. – У них и жизнь нормальная, и рубахи, поди, сухие». Обвёл глазами поляну, недвижный лес, посмотрел на небо и ничего там не увидел, - взгляд увяз в серо-синей мгле. Братья раскладывали на толстенном пеньке провиант, ставили неизбежные в таких случаях бутылки, шутили и громко смеялись. У Фёдора ничего не было, потому что, живя в хижине один, питался он скудно и взять с собой ничего не мог. В своём балагурстве братья его вроде бы даже не замечали, но в том, как Виктор доставал из целлофанового пакета большую, отливающую золотом варёную курицу, как медленно, для наглядности, клал её на пенёк с многозначительным покряхтыванием, явно виделся молчаливый укор неимущему брату. Фёдор знал, что дело тут не в жадности: да хоть бы он сейчас взял и съел курицу целиком один, над этим только бы посмеялись, но Виктору важно было лишний раз подчеркнуть никчёмность брата, его неспособность устроиться в жизни. То, что Фёдор оставил в городе собственноручно построенный двухэтажный дом, страстно любимую дочь и вернулся в хутор с пустыми руками, не только не вызывало у братьев сочувствия, но как будто даже радовало. Причину развода он назвал банальную: не сошлись характерами, - и этого было достаточно, чтобы и родные, и все хуторяне сделали не менее банальное заключение: сам виноват. Да если бы даже Фёдор рассказал всё откровенно, ему никто не поверил бы. Так бывает всегда, когда причиной суждений выступает зависть. «А чему завидовать? – искренне недоумевал он. – Тому, что я не крестьянин?»

Популярность: 1%

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18



Рекомендовать
публикацию литературному жюри.
Не забудьте указать ссылку на произведение:
http://prozaru.com/2011/04/na-kordone/

Версия для печати


< КОММЕНТАРИИ >

Другие публикации писателя


Рассказы:  Лунь



Повести:  На кордоне