Рисунок

© Михаил Ковтун, 2011


… Он сидел на поваленном дереве, на краю обрыва. Вокруг было только небо. Огромное бескрайнее небо. Плыли изумительно красивые облака и лучи солнца расцвечивали их края. Тёплый ветер сталкивал одно облако с другим превращая их в невиданные фигуры. Он медленно потушил окурок сигареты и взял чистый белый лист бумаги и карандаш. « Что ты хочешь нарисовать, человек?» - смеясь, спросило небо. « Я хочу нарисовать тоску. Хочу выскрести свою душу, нарисовать всё это на бумаге – потом сделать из этого листа бумажного журавлика и запустить его с обрыва в этот, залитый солнцем и покоем, мир». « Не надо» - взмолилось небо – « Нарисуй радость. Нарисуй – как играют щенки в, мокрой от росы, траве. Нарисуй ветер над морем и белых чаек. Нарисуй, подаренные тобой, цветы и улыбку любимой…» Человек усмехнулся уголком рта. Он потихоньку сказал –« Я нарисую то, от чего болит моё сердце». Карандаш провел первую линию по белому, похожему на облако, листу бумаг. Небо жалобно охнуло, потекли первые капли серого осеннего дождя…

Линии замелькали по листу бумаги. Карандаш рвался из рук то, выписывая обрывки слов, то рисуя черные страшные образы. Захохотали костры у черной рощи. Вспышки кровавого пламени освещали мечущиеся тени. Раздавался рокот барабанов и звучал боевой напев. Пламя металось по клинкам мечей и по раскрашенным чёрной краской безумным от исступления лицам. Воины кружились в буйном хороводе, направив в небо клинки. Они звали Страх, тот самый, знакомый им с рождения Страх. Они звали его из своих душ, пытаясь послать зыбкие волны страха на таких же людей, как они… Просто носящих другие знамёна и говорящих чуть – чуть иначе. Огромная серая гадюка с рубиновыми глазами ползла по шее деревянного идола, с улыбкой смотревшего на людское безумие. « Крови!» - кричала сталь в пламени костров. « Крови!» - ревели глотки воинов. « Крови» - шептал провалом черного рта старый идол. Полыхнут пожарища, закричат дети и захрипят от ударов мечей их родители. Потечет по влажной траве ручей людской крови, будет радостно смеяться старый идол у черной рощи. С верхушек засохших деревьев спустится Он, хозяин этого мира – Страх. И седые тридцатилетние старухи будут мыть его когтистые ноги ручьями своих слёз…

А карандаш летел по бумаге. Ложились новые штрихи. Возникла Боль. Серый больничный коридор, уходящий в пустоту. Стоны людей в грязных палатах. Уставшие, равнодушные врачи. Смятая подушка и скомканная серая простыня. Куча окурков в больничном сортире. Прогонявшийся потом и Болью гипс. Чьи – то хрипы и крики заглушают скрип твоих зубов. И горсть снотворного не дает тебе покоя. Боль, смеясь жестоким ребёнком, тычет в твои переломы костлявой рукой. Боль изломанного тела сильна, но ты сильнее. Ты побеждаешь её и тогда, сбежав из сплетения твоих мышц, костей и нервов, Боль уходит в душу. Боль утрат тех, кто тебе дорог. Страшная Боль, рубящая тебя наповал. Боль жестоких слов, вылетающих из любимых губ. Боль забвения. Твоя душа кричит страшным криком, но он вязнет в серой пустоте Боли. Наигравшись тобой, словно ребёнок, которого позвала мать, Боль уходит. В, порванную острыми когтями, душу приходит другая гостья.

Популярность: 1%

Страницы: 1 2



Рекомендовать
публикацию литературному жюри.
Не забудьте указать ссылку на произведение:
http://prozaru.com/2011/02/risunok/

Версия для печати


< КОММЕНТАРИИ >

Другие публикации писателя


Рубрики нет:  Калейдоскоп



Сентиментальная проза:  Жди и верь…

Фэнтези:  Беловодье. История первая.

Рубрика не определена:  Оттепель не пришла